Мирное небо

Рабов в рай не пускают Часть 2

Даник — Tue, 13 Sep 2022 03:56:53 GMT

Вот только как узнать, где хранится та касса? Долго ломал голову мне над этой проблемой не пришлось. Помог случай. В колонне беженцев были найдены деньги и ценности, которые мне поручили на следующее утро отнести в хранилище. Оказывается деньги хранились в подвале и хотя двери того хранилища-сейфа запирались на несколько замков и тщательно охранялись, усыпив охранников их можно было вскрыть. Благо меня мой мастер в училище обучил этому непростому ремеслу...так на всякий случай. Осталось сделать универсальную отмычку и дождаться удобного случая.
Ждать пришлось долго. Через неделю, отряд куда-то срочно уехал и на базе осталось всего несколько человек охраны, мясник коптильщик и я истопщик. Если и действовать, то только сейчас, когда ещё подвернётся такой удобный случай. За ужином я выставил на стол заранее припасенную четверть спирта. Ужинать пришли даже партизаны стоявшие на охране внещшнего периметра базы. Всем до чертиков надоел сухой закон насаждаемый в отряде Ильиным и Макаровым, которые сами втихаря от своих людей пьянствовали и развратничали. У каждого из них был свой гарем, который они регулярно обновляли. Надоевших наложниц они отправляли в коптилку.

Ужин был закончен. Спирт выпит и захмелевшие люди разошлись по своим постам. Снотворное которое я добавил в спирт должно было через час начать действовать. Я убрал стол и взяв отмычку пошел в хранилище. Охрана тихо и мирно спала у дверей. Пора было действовать.

Помолившись всем известным мне богам, я аккуратно вставил отмычку в скважину замка банковского сейфа и затаив дыхание начал лёгкими движениями ощупывать его механизм — что шевелится, а что стоит на месте, что можно сдвинуть, а что лучше и не пытаться сдвинуть с мета...только время потеряешь. Работа сродни настроки музыкального инструмента. Очень нервная и кропотливая работа, которая занимает много времени, но стоящая потраченных на это дело усилий.

Не знаю сколько временим заняло у меня отпирание замка, но всё же мне удалось открыть сейф. Но это был только один замок, теперь надо было подобрать код к цифровому замку. С ним я промучился довольно долго, но всё же открыл и его. Я повернул колесо, блокирующее ригели и потянул его на себя. Полуметровой толщины двери сейфа нехотя открылись и я затаив дыхание, вошел в хранилище. Увиденное меня потрясло. Ящики с золотом, стеллажи заваленные пачками валют разных стран, золотые монеты в мешках, акции каких-то компаний, векселя и сертификаты.

С таким количеством золотовалютного запаса можно было смело встречать старость, но до неё ещё надо было дожить...и не надорваться таская ящики с золотом. К погрузке я решил привлечь свою пленницу Вику, не всё же время ей ноги раздвигать, надо и поработать. Денег я решил много с собой не брать, а золото попробовать вывести всё. Ему не страшны мировые катаклизмы и биржевые потрясения. Хотя и золото иногда обесценивается, но гораздо реже, чем бумажные деньги. Кусок бумаги с краской, чего он стоит в производстве? Немного, но если проведя его через войны, сделать мировой валютой, за него можно купить продукты, воду, землю, недвижимость и другие непреходящие, вечные ценности других государств. Чем современные пираты в деловых центрах и занимаются.

Ящики мы таскали в броневик Тигр, в отжатый партизанами у россиян военный грузовик с пулемётом на крыше, который я заранее подогнал к зданию. Но как мы не спешили - погрузка ценностей - отняла много времени и сил. Взяв с собой ещё патронов, пару автоматов и продовольствия - консервов и круп, я закрыл сейф и мы выехали за территорию базы. У меня бвл поан - держась вдалеке от центральных дорог, сёл и городов, где могли стоять гарнизоны, выехать в Таврические степи и там на некоторое время притаиться. Местность мне та была знакома, в своё время мы проводили раскопки скифских курганов и в одном из археологических лагерей можно было отсидеться. А потом как-то прорваться в Европу. Краем уха я слышал, что погранцы за десять тысяч евро закрывали глаза на нарушение границы.
Хороший план. Вот только не надо их строить, чтобы не смешить Бога. Не успели мы въехать в степи, как вдалеке на грунтовой дороге, возле разбитого здания, показался блокпост. Рядом стоял броневик, на котором на палке висела трёхцветная тряпка, которая у оккупантов считалась флагом. Идиоты кругом степь, а они выставили блокпост и видимо ещё и дорогу за ним заминировали.
Помолившист всем богам я решил не испытывать судьбу, а объехать его. Приняв круто вправо, я нажал на педаль газа и рванул по степи, оставляя блокпост позади. Но изнывающие от скуки оккупанты решили нас не пропускать. Они завели свою машину и стреляя в воздух бросились за нами в погоню. Петляя утыканной камнями и изрытой зверинными норами степью, я не мог ни на мгновенье расслабиться. Если я остановлюсь и пока займу место у пулемёта, оккупанты меня просто расстреляют из крупноколиберного пулемёта,.. А сдаваться мне не хотелось. Неожиданно позади меня я услышал выстрелы. Повернув на мгновенье голову, я краем глаза увидел Вику, которая вылезла в люки и, заняв место у пулемёта, стреляла по грузовику.
- Бей по колёсам! - заорал я, стараясь перекричать звуки выстрелов.
- Не учи ученую. Держи ровней машину, Сявка, - донеслись до меня её слова.
Я сбросив скорость, повёл машину ровнее. Это принесло результаты. Следующей очередью Вика расстреляла колёса броневика и подожгла его. Густо зачадив он остановился и из него, с криком:"Не стреляйте, мы сдаёмся!", стали выпрыгивать оккупанты. Я тоже остановил машину . Вика, матерясь, торопливо достала автомат и, передёрнув затвор, короткими очередями, как в на полигоне, стала срезать сдающихся в плен оккупантов .
- Зачем? Они же в плен уже сдались? - задал я идиотский вопрос.
- Да? - искренне удивилась Вика. - А я и не видела. Земля им железобетоном.
- Ты где так стрелять научилась? - стараясь унять нервную дрожь, закуривая, спросил я.
- Ты пока, Сявка, людей коптил, я других людей расстреливала...там и наблатыкалась с пулемётом обращаться. Хорошо, что здесь были бронебойные патроны иначе хана бы нам пришля, не выпутались бы.
- Эт точно, - согласился я.
Во вражеском броневике начали рваться патроны и гранаты. По степи, противно повизгивая, стали разлетаться пули и осколки. Смеркалось. Пора было ехать.
Степь. Дорога. Молодая баба. И броневик набитый золотом и деньгами. Что ещё нужно человеку для того, чтобы встретить счастливо спокойную старость? Дожить до неё. А это не каждому сужденно. И понимание этого приходит с годами. Не стоит бояться самой старости. Стоит бояться нищеты и болезней - спутников старости.
Молодость даётся человеку для того, чтобы материально обеспечить себя на старости лет - она хороша сама по себе, а спокойная и обеспеченная старость сама по себе. И горе тому кого жизненные обстоятельства (как меня) - революция или война сорвали с обжитого места и погнали в дорогу. Нет ничего хуже, чем жить в такие времена, когда рушатся государственные устои и весь мир летит в тартарары. В это время каждый старается выжить и для этого все средства хороши, потому что в такое время мораль и общепринятые законы не функционируют. Человек, человеку - волк. А по-доугому не получается. Прав тот, у кого есть автомат, а лучше крупнокалиберный пулемет и горе тому у кого их не окажется в нужный момент. Такова суровая правда жизни. Либо ты кого-то, либо тебя кто-то. Так лучше, что бы ты сам устанавливал свои правила и решал кому жить, а кому пойти на удобрение для следующих поколений.
Моя молодая спутница, закинув на плечо автомат, пошла к дымящей машине оккупантов. Современные амазонки, быстро взрослеющие дети войны, которые льют кровь, как воду. Их уже не останавливают какие-то неизвестно кем придуманные моральные принципы и совесть, которую они обменяли в детском саду на жвачку. И Вика одна из них. Но на неё уже можно было сейчас положиться и это радовало.
Предаст ли меня Вика в будущем? Непременно. Я же ей не брат, ни муж и ни отец. Один из многих мужчин, которых она повстречала на этой войне И не просто повстречала, а который её взял в плен и тем спас её жизнь...хотел сказать - целомудрие и девичью честь, но там той чести с целомудрием и не ночевало....видимо тоже были обменяны на жвачку. Как сказал древний философ Цицерон - "О времена, о нравы!" - не добавить и не убавить.
Вика осмотрела снаружи машину, обыскала трупы и с найдеными трофеями вернулась к нашей машине.
- Посмотри, Сявка, что я нашла в машине, - протягивая мне рацию и планшет с документами, сказала Вика.
- Потом. Садись в машину, надо сваливать отсюда. Их сейчас будут искать и думаю, что вышлют вертолёт.
- Поняла, - запрыгивая в салон, ответила Вика. - Я готова. Далеко ещё ехать?
- Часа два, если не заблукаем, то к ночи приедем.
- А если заблукаем?
- Тогда нас никто здесь не найдёт. Пищи нет, воды нет - пустыня, планета Шелезяка. Слыхала о такой?
- Нет, не слыхала.
- Понятно, поколение пепси. Извини, но пепси здесь нет, и колы тоже...
- А что же мы пить здесь будем? - наивно спросила Вика, в которой гармонично сочеталась взрослая жестокость и детская наивность.
- В лагере должен быть колодец. Если повезёт и там будет вода, значит не пропадём. Вокруг пасутся стада антилоп и водятся суслики, так что трупы оккупантов нам жрать не придётся.
- Уже легче. Будем значит охотится?
- Значит будем, - оптимистически ответил я, хотя об охоте знал меньше чем за балет.
- Это хорошо. Я тогда полсплю немного, что-то я устала, - зевая сказала Вика и сквернувшись калачиком на сиденье задремала.
Дорога змеившись убегала в степь. Показались первые звёзды. Я нашел на небе созвездие Большой Медведицы, потом Полярную зввезду и мысленно проложив курс на лагерьЮ смело свернул в степь.

ГЛАВА 3
Во время войны, не стоит уповать на удачу и на авось, потому, что удача может повернуться задом, а авось обернуться катастрофическим фиаском, который может стоить и жизни. Понадеявшись на удачу, лагеря археологов до полуночи я так и не нашел. Чтобы не плутать по степи и не палить бестолку солярку, пришлось остановить машину и отложив поиски на утро, последовать Викиному примеру - лечь спать. Разбудила меня Вика, которая развела костёр и вскипятив чайник заварила из полевых трав зеленный чай. Что может быть лучше с утра в безводной пустыне, чем чай и легкий завтрак? Практически ничего. Ещё бы лагерь отыскать и совсем было бы хорошо.
Позавтракав я вылез на крышу машины и осмотрелся. Вдалеке сквозь утреннее марево, просматривался скифский курган с несколькими деревьями. Деревья - это вода. Вода - это жизнь. Что дороже в пустыне килограмм золота или литр воды? Уверен, что многие выберут ответ - вода. Тогда почему же нормальные люди, в нормальной жизни, убивают друг друга за золото,которому не могут потом найти достойное применение. Не понятно. Со своим золотом я знал, что делать. Но сейчас меня больше волновал курган. Надо было к нему подъехать ближе и осмотреться.
До кургана было не так близко. Я ехал несколько часов и стал уже переживать, не оажется ли курган миражом, но нет - это был обыкновенный скиффский курган. А увидев на его вершине скифскую бабу смотрящую на запад, я понял, что мы рядом с лагерем. ЭТо был наш дорожный указатель, который мы для себя поставили, чтобы не блуждать по степи. Я повернул на запад и уже через полчаса был возле заброшенного лагеря археологов. Курган, несколько кустов с деревьями и колодец с чистой и холодной водой. Палаток не сохранилось, но можно было спать и в машине. Отогнав машину в старый котлован раскоп, я замаскировал её и пошёл осматривать местность выискивая следы животных или их норы. Надо думать о пропитании консерв у нас было немного.
Неожиданно вдалеке послышался гул двигателя. Было похоже на то что летел самолёт или вертолёт. Замаскировавшись в редктх кустах, я стал внимательно осматривать горизонт. Вдалеке показалась точка. Она росла в размерах и вскоре показался низко летящий вертолёт. Случилось то, чего я так опасался - для поиска своих пропавших, оккупанты выслали вертолёт. Если огни не высадят поисковую группу, то нам опасаться нечего. Степь огромная, а машину я замаскировал хорошо - не найдут. Молодость даётся человеку для того, чтобы материально обеспечить себя на старости лет - она хороша сама по себе, а спокойная и обеспеченная старость сама по себе. И горе тому кого жизненные обстоятельства (как меня) - революция или война сорвали с обжитого места и погнали в дорогу. Нет ничего хуже, чем жить в такие времена, когда рушатся государственные устои и весь мир летит в тартарары. В это время каждый старается выжить и для этого все средства хороши, потому что в такое время мораль и общепринятые законы не функционируют.
Моя молодая спутница, закинув на плечо автомат, пошла к дымящей машине оккупантов. Современные амазонки, быстро взрослеющие дети войны, которые льют кровь, как воду. Их уже не останавливают какие-то неизвестно кем придуманные моральные принципы и совесть, которую они обменяли в детском саду на жвачку. И Вика одна из них. Но на неё уже можно было сейчас положиться и это радовало.
Предаст ли меня Вика в будущем? Непременно. Я же ей не брат, ни муж и ни отец. Один из многих мужчин, которых она повстречала на этой войне И не просто повстречала, а который её взял в плен и тем спас её жизнь...хотел сказать - целомудрие и девичью честь, но там той чести с целомудрием и не ночевало....видимо тоже были обменяны на жвачку. Как сказал древний философ Цицерон - "О времена, о нравы!" - не добавить и не убавить.
Вика осмотрела снаружи машину, обыскала трупы и с найдеными трофеями вернулась к нашей машине. В правой руке она несла винтовку с глушителем и снайперским прицелом. Видимо в машине находился снайпер. Повезло нам, что Вика сожгла их машину раньше, чем снайпер смог снять нас.
- Посмотри, Сявка, что я нашла в машине, - протягивая мне оружие, рацию и планшет с документами, сказала Вика.
- Потом. Садись в машину, надо сваливать отсюда. Их сейчас будут искать и думаю, что вышлют на поиск вертолёт.
- Поняла, - запрыгивая в салон, ответила Вика. - Я готова. Далеко ещё ехать?
- Часа два, если не заблукаем, то к ночи приедем.
- А если заблукаем?
- Тогда нас никто здесь не найдёт. Пищи нет, воды нет - пустыня, планета Шелезяка. Слыхала о такой?
- Нет, не слыхала.
- Понятно, поколение пепси. Извини, но пепси здесь нет, и колы тоже...
- А что же мы пить здесь будем? - наивно спросила Вика, в которой гармонично сочеталась взрослая жестокость и детская наивность.
- В лагере должен быть колодец. Если повезёт и там будет вода, значит не пропадём. Вокруг пасутся стада антилоп и водятся суслики, так что трупы оккупантов нам жрать не придётся.
- Уже легче. Будем значит охотится?
- Значит будем, - оптимистически ответил я, хотя об охоте знал меньше чем за балет.
- Это хорошо. Я тогда посплю немного, что-то я устала, - зевая сказала Вика и сквернувшись калачиком на сиденье задремала.
Дорога змеившись убегала в степь. Показались первые звёзды. Я нашел на небе созвездие Большой Медведицы, потом Полярную зввезду и мысленно проложив курс на лагерьЮ смело свернул в степь.

ЧАСТЬ 3
Во время войны, не стоит уповать на удачу и на авось, потому, что удача может повернуться задом, а авось обернуться катастрофическим фиаском, который может стоить и жизни. Понадеявшись на удачу, лагеря археологов до полуночи я так и не нашел. Чтобы не плутать по степи и не палить бестолку солярку, пришлось остановить машину и отложив поиски на утро, последовать Викиному примеру - лечь спать. Разбудила меня Вика, которая развела костёр и вскипятив чайник заварила из полевых трав зеленный чай. Что может быть лучше с утра в безводной пустыне, чем чай и легкий завтрак? Практически ничего. Ещё бы лагерь отыскать и совсем было бы хорошо.
Позавтракав я вылез на крышу машины и осмотрелся. Вдалеке сквозь утреннее марево, просматривался скифский курган с несколькими деревьями. Деревья - это вода. Вода - это жизнь. Что дороже в пустыне килограмм золота или литр воды? Уверен, что многие выберут ответ - вода. Тогда почему же нормальные люди, в нормальной жизни, убивают друг друга за золото,которому не могут потом найти достойное применение. Не понятно. Со своим золотом я знал, что делать. Но сейчас меня больше волновал курган. Надо было к нему подъехать ближе и осмотреться.
До кургана было не так близко. Я ехал несколько часов и стал уже переживать, не окажется ли курган миражом, но нет - это был обыкновенный скиффский курган. А увидев на его вершине скифскую бабу смотрящую на запад, я понял, что мы рядом с лагерем. Это был наш дорожный указатель, который мы для себя поставили, чтобы не блуждать по степи. Была на нём ещё и какая-то антенна, но она меня не волновала. Я повернул на запад и уже через полчаса был возле заброшенного лагеря археологов.
Курган, несколько кустов с деревьями и колодец с чистой и холодной водой. Палаток не сохранилось, но можно было спать и в машине. Отогнав машину в старый раскоп, я замаскировал ей и пошёл осматривать мечтность. Надо было отыскать следы животных или их норы. Консерв у нас осталось мало и надо было подумать о пропитание. Антилоп я увидел невдалеко, они объедали листья какого-то кустарника. Это уже хорошо. Можно было возвращаться в лагерь и с Викой утром идти на охоту.
Неожиданно вдалеке раздался гул мотора. Ничего хорошего это не предвещало, поэтому я не стал рисковать и спрятавшись в густом кустарнике, начал внимательно осматривать степь и горизонт. Вдалеке показался вертолёт. Видимо это была поисковая командв оккупантов, которая разыскивала своих пропавших бойцов. Машина зхамаскирована хорошо. Степь огромная, нас они точно в ней не найдут. Будем на этио надеяться.
Так и получилоь. Покружив некоторое время над степью и ничего не увидев подозрительного вертолёт улетел. Вытерев ыступивший пот, я попил из флягт воды, и закурил задумался. В степи можно долго прятаться, но не вечно. Тем более, что деньги как говориттся жмут карман, они не должны лежать мёртвым грузом, а должны вращаться, приносить прибыль. Такова их природа. Но как вывезти их за границу? Вот вопрос вопросов. Неплохо было бы захватить вертолёт или на худой случай кукурузник. Тем боле что лететь здесь не так уж и много несколько сот километров. Можно так же попробывать уйти морем. Но морем - рискованно, можно нарваться на мины или рашистских погранцов.
И тут меня осенило - а что если воспользоваться моторным дельтопланом. Он правда, много груза не поднимет, но на первое время можно взять с собой пока деньги, а золото закопать до лучших времён. Вот только где взять тот дельтоплан? А что если заказать на сайте Алиэкспресс и воспользоваться услугами доставки Новой почты? А это идея. Стит попробовать. Интересно здесь интернет есть. Должен быть. Говорили, что Илон Маск поставил в Украину свои станции, которые покрыли бесплатным интернетом всю её территорию. Надо поискать место где может быть мобильная связь и интернет. Благо мобильный телефон у меня был с собой.
Достал. Включил. Проверил. Связи нет. Плохо. Должна быть. Надо искать. Для начала надо подняться на куран. Если не будет, поехать к другому кургану, где я видел антену. Там-то уж точно она должна быть, не зря же там антена стоит. Но сначала надо проверить свой курган. Может связь имеется на вершине. Интернета не было и на вершине. Как мне не хотелось, но пришлось ехать к первому кургану.
Удивительно - но на вершине первого кургана связь была. Мне даже удалось подключиться к интернету. Значит можно попробовать заказать себе парочку моторных дельтопданов. Главное, чтобы их доставила курьерская служба Новой Почты. С этим могут быть проблеммы или почта не работает или рашисты с партизанами перехватят посылку по дороге. Надо подумать как и куда лучше доставить ту посылку с дельтапланами. Безопаснее всего это сделать по воздуху, прямо сюда к кургану, но никто на это не пойдёт. Но вот за деньги, за очень большие деньги могут и рискнуть. Стоило попробовать. Но чуть попозже. Надо было чтобы нас перестали искать и партизаны и оккупанты. Да и осмотреться на местности не мешало бы, что здесь творится. А пока спать, утро вечера мудренее.
Мне спалось плохо. То и дело я выходил из машины и осматривал местность. Долго стоял прислушиваясь в тишину степи, но кроме сверчков ничего подозрительного не было слышно. Да и кто здесь мог быть? Надо быть отчаянной храбрости человеком, чтобы ночью бродить по степи. У меня в памяти сохранился случай, когда двоих черных археологов нашли растерзанными у раскопа в скифский курган. Кто это сделал так и не нашли, но ходили слухи, что им отомстили духи, охранители кургана. Я бы никогда бы не приехал сюда, если бы меня не заставили обстоятельства. Но трогать этот курган я точно не собирался. Я ещё не выжил с ума, чтобы так рисковать своей жизнью. Поэтому я и хотел отсюда побыстрее убраться восвояси.
На востоке показался первый робкий солнечный луч. Степь засеребрившись ковылём стала просыпаться от ночной дрёмы. Светало. Дул небольшой ветер. Взобравшись на вершину кургана я осмотрел степь. Принюхался, глубоко втягивая воздух. Пахло разнотравьем. Вроде всё тихо и спокойно.
Пока полностью не рассвело, я развел небольшой костёр и закипятив в чайнике воду, заварил чай и разогрел завтрак - кашу и тушенку. Будить Вику я не стал, позавтракал в гордом одиночестве и отправился к кургану пешком. Час ходьбы по прохладной ещё не обожженой солнцем степи - это истинное удовольствие.
Мне удалось сделать на сайте заказ и даже договориться насчет вертолёта. Это было нелегко, но пообещав заплатить за его аренду двойную сумму, я всё же договорился с транспортой компанией. Война войной, а заработки никто не отменял. Обещали мою посылку к завтрашнему утру доставить по месту назначения. Можно было день отдохнуть или поохотиться на антилоп, стадо которых я видел невдалеке от кургана. Для этой цели мне могла пригодиться та снайперская винтовка, что Вика забрала у оккупантов. Тем более, что я её взял с собой.
Но взвесив все за и против, я решил, что пока нас ищут в степи, по антилопам не стрелять. Не мирное время. Не имеет смысла испытывать судьбу. Лучше поставить на них петли или вырыть ловчую яму. А совсем было бы хорошо - отгородить территорию и всем племенем загонять в ту ловушку мамонтов. Вот только племени у меня нет, как и мамонтов. Поэтому я не стал заморачиваться, а прийдя в лагерь, отправил Вику на дежурство, а сам пообедав завалился спать.
Послеобеденный сон - это дело святое. На флоте где я служил это время называлось адмиральским часом. Плохо было только то, что от этой проивычки тяжело было избавиться на гражданской жизни, спать после обеда хотелось постоянно. Во врепмя войны эта привычка могла привести к трагическим последствиям - лёг спать, а проснулся уже на небе. Как мог я с этой вреднойпривычкой боролся, но безуспешно, только возникала малейшая возможность я тут же засыпал. Когда нибудь эта привычка будет стоить мне жизни. А может это вовсе и не привычка, а национальная черта русского характера. Ведь богатырский сон был известен на Руси с древних времён. Известен исторический случай, когда уснувшую богатырским сном русскую рать, налетевшие из степи половцы, без сопротивления изрубили в капусту. Видимо поэтому перед сражением воинам не разрешалось спать. У меня сражения не намечалось, и потому я со спокойной совестью натянул между кустов гамак и прилёг отдохнуть.
Проснулся я от выстрелов. Светало. Рядом резво стреляли автоматы, сухо и часто щёлкали выстрелами пистолеты и, перекрывая всё, басовито рокотал очередями пулемёт. Передёрнув затвор снайперской винтовки, с которой я не разлучался всю ночь, я осторожно выглянул из-за кустов. Картина боя сразу предстала перед моими глазами. Невдалеке от кургана чадно дымя горел грузовик, ещё два с пробитыми колёсами стояли рядом. На одном из них засел пулемётчик и щедро поливал из укрытия длинными очередями наш курган. Остальные нападавшие рассредоточились по степи и тоже стреляли по кургану. Вики не было видно, но потому что она сумела остановить колонну и даже подожгла один из грузовиков, она не дремала.
Я поймал в оптический прицел пулоемётчика и плавно нажал на курок. Разрывная пуля взорвала голову пулемётчика, как гнилой арбуз и человек исчез. Пулемёт замолчал. Несколько раз выстрелив в сторону нападавших, я переместился в раскоп. Истекавшию кровью Вику я нашел в неглубокой ямке. Пуля попала ей в живот и она умирала истекая кровью, но была ещё в сознании.
- Потерпи, милая, - пробормотал я разрывая своими зубами пакет с медицинской индивидуалной помощью. - Потерпи, Вика, сейчас вколю кровеостанавливающий и обезбаливающий и сделаю перевязку. Не переживай, мы ещё на твоей свадьбе попляшем... - делая ей укол и перевязку, сказал я.
- Кончай прикалываться, Сявка, - чуть слышно прошептала она, - блядей и убийц замуж не берут. Лучше поцелуй меня на прощание...мне было хорошо с тобой...я хотела бы от тебя родить детей...не дай им меня сожрать. Обещаешь?
- Что ты такое говоришь? Да я за тебя всем тем тварям глолтка перережу...утром прилетит вертолёт и я доставлю тебя в больницу...ты только не засыпай... укол я тебе сделал и перевязал, кровь должна остановиться. Я пойду разберусь с ними и вернусь. Держись, - целуя её на прощание прошептал я и быстро пополз в сторону своей машины.
Со своей снайперской винтовкой мне были на страшна и рота наступающих, а там на трёх машинах их не могло быть больше. Так что должен был я с ними справиться. Должен быть. Не было у меня другого выхода. Тем более, что в машине были гранаты и патроны. "Давай, Даник, давай", - подгонял я себя. А пули повизгивая пролетали над головой, а некоторые из них поднимая султанчики пыли, попадали в землю, недалеко от меня. Заставляя меня инстиктивно втягивать голову в плечи. Хотя ту пулю, что предназначена тебе - не услышишь и не увидишь. Знаешь об этом и всё равно втягиваешь голову и плотнее прижимаешься к земле.
Добрался я до машины ни разу не раненым и не убитым. Ввалился в салон и первым делом закурил. Кузов машины был бронированным и мог выдержать попадание даже гранаты, но всё равно рассижываться долго не было смысла. Нападавшие могли вызвать и воздушную поддержку - самолёт или вертолёт и тогда пиши письма с того света. А оно мне надо? Нет конечно. Мне ещё надо Вику лечить и детей с ней делать. Так что - вперёд за орденами. Говорят, что в рашистском лаптестане их делают из серебра, а у нас в Украине из сплава меди и алюминия, но мне не нужны не те, не другие, я себе могу и из золота отлить, но для начала надо уничтожить нападающих и самому выжить.
Резким движением я распахнул люк вылез наружу и быстро зарядив пулемёт, повёл стволом из стороны в сторону, выискивая цели... и нашёл. Нападавшие на нас люди пригибаясь, а кто и поднявшись во весь рост - шли в атаку. Впереди всех быстро шёл - политрук партизанского отряда Ильин. Лучшего момента нельзя было и придумать, чтобы расчитаться с той сволочью, мародёром и каннибалом.
Тщзательно прицелившись я аккуратно нажал на спусковой крючок и крупнокалиберный пулемёт выплёвывая пули, начал поливать нападавших свинцовым дождём. Первым, получив в грудь несколько пуль, упал в траву Ильин. Вот и закончилась военная карьера мародёра, социальныф лифт отправил его прямиком в пекло. За ним последовали и остальные партизаны-каннибалы. Стрелял я до тех пор, пока не кончились патроны.
Наступила звенящая тишина, которая обычно бывает после грозы. В степи никто не стонал и не шевелился, только в ушах у меня звенело, и хотелось пить. Выпив из фляги воды, я взяд свою винтовку и неспеша вылез из машины. В горячке боя я не заметил, как одна из пуль оцарапала мне голову. Матерясь, я перевязал себя. Рана пустяковая, но болезненая, из тех что сильно кровоточат. С такими казалось бы пустяковыми ранами на голове надо быть очень аккуратными и не оставлять их без внимания, потому что можно потерять много крови и умереть.
Внимательно смотря под ноги, осторожно прошелся по полю битвы. Жуткое зрелище, от которого у неподготовленного и человека стынет кровь в жилах. Отсюда надо было срочно убираться. Вертолёт сегодня точно уже прилетит, а вот оккупанты могут и пожаловать на звук выстрелов. Обложат как зверя и уничтожат. Надо либо прорываться к морю, либо уходить под землю. Выбор невелик. Но сначало надо было отвезти раненую Вику в больницу или пристроить её к добрым людям, которые бы о ней позаботились.
Размышляя как лучше поступить я направился к ней, но неожиданно послышался отдалённый гул мотора и на небе показался какой-то летящий объект, похожий на вертолёт. Неужели ещё не перевелись честные люди и торгаши всё же сдержали своё слово и везут мой заказ?
Рассуждая на эту тему, я пошел к машине. Надо было приготовить деньги и зарядитиь на всякий случай пулемёт. Кто его знает, что у сидящих в том вертолёте в голове. Береженного Бог бережёт, а небереженного конвой стережёт. А в моём случае до конвоя можно было и не дожить. Отправят прямиком на тот свет, а деньги и золотишко присвоят себе.
Верить сейчас нельзя никому. Хотя я и в мирной жизни никому не верил. Доверять доверял, но не верил. А сейчас так тем более и доверять не стоит, не то время. Возможно мне стоит захватить вертолёт и попробовать прорваться в Турцию.
Летящий объект быстро приближался и долетев до кургана завис над ним. Это был какой-то странный объект. Очень длинный и широкий. Он был больше похож на дирижабль, которые я видел в своём детстве. Разве, что у этого по борту было мало квадратных окон и круглых иллюминаторов. Очень странный какой-то объект, больше похож на инопланетный корабль.
Неожиданно из него ударил яркий луч. Меня сковал страх и не успел я понять что происходит, как оказался на борту этого корабля. Меня всосало как пылесосом. Хорошо ещё что не по частям. Приятного мало, чувствовать себя беспомощным и парализованным. Хотя вреда мне кажется никто причинять не собирался. Я осмотрелся. Находился я в просторной белого цвета каюте без иллюминаторов. Горел голубой приглушенный свет. Передо мной стоял высокиЙ белокурыЙ гигант, котороый приветливо мне улыбался.
- Странное местечко, и видимо не безопасное, - растерянно пробурчал я.
- Странное, но не опасное, - проскрипев металлическим голосом, развеял мои опасения незнакомец. - Меня зовут Илонион, я биоробот с планеты, которую вы земляне называете Нубира.
- Понятно. А я дед Мороз, а внизу на земле лежит Снегурочка...
- Неправда. Вы землянине и никакого отношения к тем сказочным персонажам не имеете, - пребил меня биоробот. - И судя по количеству трупов, у вас проблемы, землянин. Я могу вам помочь их решить.
- Помогите моей подруге, ей надо попасть в больницу.
- Уже не надо, - перебил меня биоробот. - У нас имеется всё необходимое для лечения. Её прооперировали и пройдя курс реабилитации она будет полностью здорова. Так что относительно её - не стоит переживать. Переживайте лучше за себя.
- В каком смысле?
- В прямом. Не буду юлить и сразу перейду к делу. У вас есть то, что принадлежжит нам иот того отдадите вы его добровольно, будет зависеть ваша дальшейшая судьба. Понимаете о чем идёт речь?
- Вам нужны деньги? - прикинулся я дурачком.
- Нет. Деньги можете оставить себе. Нам нужно золото. Где оно?
- За деньги - спасибо. Только здесь они мне мало помогут. Если я отдам вам золото, сможете доставить меня в другую страну? - начал я торговаться.
- Да хоть на другой материк. Отдавайте золото и считайте что вы уже находитесь в Америке. Хотите в Америку?
- Нет, хочу попасть со своим мешком долларов в прошлое, во времена перестройки, - честно сознался я.
- Зачем вам это? - удивился биоробот. - Хотите снова прочувствовать развал советской империи, украинские революции и войну с Россией? Вы что садомазохист?
- Нет, наоборот, хочу избежать всего этого. Эммигрировать в Израиль, а потом в Америку и житить там богатым человеком ни в чем себе не отказывая. Надоело быть нищим.
- Интересно - целая история с географией. Давайте сделаем проще, вы отдаёте золото, а мы переселяем вашу душу в молодое тело какого-нибудь отпрыска богатых родителей, в той же Америке или Англии и живите себе на здоровье, ни в чем себе не отказывая. Хотите сделаем вас английским принцем, наследником престола?
- А почему не сразу королём?
- Быть оболтусом принцем много ума не надо, а на короля надо долго учиться, да и нет сейчас в Англии короля, есть там престарелая королева-мать. Не ошибусь, если скажу, что вы ею быть не захотите.
- Правильно думаете, мне ещё свои мужские причандалы не надоели, - согласился я с Илонионом. - Можете забрать золото, оно в машине.
- Хороршо, мы разберёмся с ним. Так что вы выбираете?
- Всё же я хотел бы попасть в прошлое во времена Горбачевской перестройки и желательно в Крым.
- Почему именно в Крым? - удивился Илонионом.
- Тепло люблю.
- Ну в Крым, так в Крым. Поехали. Через несколько минут будем на месте.
- Что так просто? - удивился я.
- В путешествии во временным порталам нет ничего сложного. С этой машиной мы можем себе это позволить.
- Вы вмешиваетесь в нашу историю? - спросил я, не до конца доверяя инопланетянину.
- Нет. Мы сами вам её создаём. Знаете почему люди обладая разумом напротяжении всего своего исторического развития постоянно воюют? На Земле ведь не было ни одного дня, чтобы кто-то, кого-то, где-то ни убил.
- Что серьёзно? - удивился я.
- Куда уж серьёзней. Как только человек осознал себя личностью, которая может управлять своими конечностями, он тут же лишил жизни себе подобного...ради любопытства. Дальше больше. Мы вам дали знания и обладая ими вы начали плавить металлы и изготавливать из него не только орудия труда, но и оружие, которое стали применять на поле боя, всё время усовершенствуя его. Некоторые из вас решили уподобиться богам и вершить судьбы человечества, благо мы им дали атомное оружие.
- А прочему не все люди не хотят стать богами?
- А на вас всех у нас не хватает чипов. Да и хлопотно нам управлять таким количеством человеческой биомассы, нам проще поставить во главе людей лидера и он сам того не осознавая, выполняет все наши приказы - развязывает войны, уменьшая количество проживающих на Земле людей. Нам же по большому счету много людей не надо, нам хватает и тех кто добывает золото и другие полезные ископаемые типа урана. А все остальные - это ненужный балласт, который нужно время от времени утилизировать войнами и эпидемиями. Понимаете о чём я говорю? - видимо считая меня совсем за круглого идиота спросил Илонионом.
- Честно говоря не совсем, - не стал я его разочаровывать, не приведи господи примет меня за умника и чего доброго ещё и утилизирует, как опасный биомусор.
- Что же тут непонятного? - искренне удивился Илонионом. - Вашему лидеру мы вставляем в голову чип и он становится управляемым биороботом, который безоговорочно выполняет все наши приказы. Неужели вам никогда не приходило в голову, что некоторые решения ваших власть предержащих являются алогичными и выпадают из контекста развития человечества? Ну, к примеру Наполеон, Гитлер, да тот же Путин?
- Приходило, но я думал, что это так и надо. Кто я такой, чтобы анализировать их действия и поступки. Они небожители, а я жук навозный копающийся в дерьме своих проблем. Мне бы дожить день до вечера, да ночь переспать.
- Человечество обреченно на естественное вымирание. Мы просто регулиреум этот природный процесс - ускоряем или замедляем его ход. Сейчас мы можем его ускорить и полностью уничтожить всё человечество, дажн тех кто думет, что если они забились в свои крысинные норы бомбоубежища, они смогут выжить. После атомной войны на Земле не выживает никто. Уже не раз это проверенно.
- А что на Земле уже были атомные войны? - удивился я.
- Конечно и не раз. Если бы мы не регулировали вашу численность, планета давно бы была перенаселена и слетела с орбиты, причинив вселенскую, галактическую катастрофу. Правда потом приходится по новой заселять планету, но это уже издержки производства и воспроизводства.
- Я так понимаю воспроизводства всего сущего и производства золота и других драгметаллов?
- Правильно понимаете. А я уже было подумал, что вы непроходимый тупица и вас следует утилизировать.
- Не надо меня утилизировать, - ужаснулся я от такой перспективы, - что надо я понимаю, а что не понимаю быстро изучаю и применяю на практике.
- Это хорошо, потому, как мы вам вставим чип и вы станете одним из наших лидеров и нам бы не хотелось иметь дело с конченным тупицей.
- А без чипа, что никак? - поёжился я, ну уж больно мне не хотелось превращаться в управляемого кем-то биоробота.
- Да не бойтесь вы, все ваши чувства и желания останутся при вас, только увеличатся возможности, - успокоил меня Илонионом. - Вы даже забудете о нашей встрече.
- Совсем хорошо, потерявшая память марионетка. Что-то меня это не прельщает.
- Хорошо, память оставим. А теперь - проваливайте - созвездия уже выстроились в нужном порядке, межвременной портал открыт и не забывайте писать... мой адрес вторая галактическая паралель, межгалактическому завоевателю Илонионому до востребования. Чао, мой император.
В словах Илонионома мне послышалась ирония, но выяснять отношения было поздно - окружающий меня мир завертелся и я оказался в средине энергетического смерча, который, стремительно вращаясь, потащил меня в черную дыру. От огромной перегрузки я потерял сознание.
ЧАСТЬ 4
Новое тело было мне явно мало или это я был для него большим, нол я долго не мог привыкнуть к своим маленьким ручкам и ножкам. Хорошо, что мой старый мозг с накопленными знаниями поместился в детской голове. Да я снова стал ребёнком и в отличии от остальных детей сохранил и свою память и накопленные за прошлую жизнь знания. Это сильно помогало мне в новой жизни. Принимая решение как поступить не надо было долго раздумывать. Я получил возможность видеть людей насквозь, вернее их мысли, так что обмануть меня было практически невозможно. И уж тем более кому и что говорить при общении и самое важное с кем дружить, чтобы потом дрзья меня не предали.
А мерзавцев и подонков, особенно при власти, было великое множество. Нормальные люди не стремятся заполучить ни власть, ни богатства. Ни то, ни другое не приносит счастья и покоя. В основном в политике и в большом бизнесе крутятся мерзавцы и проходимцы для которыхнет ничего святого, для них важнее всего - является получение выгоды любым способом. Тем политикам ничего не стоит ради собственного удовольствия и уж тем более выгоды - развязать войну и обогащаться на крови тех одураченных пропагандой людей, которые бездумно убивают друг друга.
И не имеет значение ни нация, ни полученное образование и воспитание, если человеку внушили, что перед ним враг, с него слетает вся лакированная шелуха цивилизованного и образованного человека и наружу вылезает примитивный и злобный первобытный человек, с желанием всё крушить и всех убивать.
И это отнюдь не гротеск и не злобное преувеличение, и искажение фактов. Развитие человеческой цивилизации идёт по спирали. И самые значимые события - это войны. Могут забыть о рекордных урожаях ячменя, маиса и пшеницы, о том кто изобрёл колесо и построил пирамиды, но того кто проливал реки крови и покорял (уничтожал) народы и целые страны - будут помнить всегда. О таких будут слагать легенды и петь песни. Они становятся народными героями. Большой соблазн для будущего политика стать таким же "героем". Убить дракона, чтобы со временем стать таким же драконом.
Не может ребёнок выросший в простой семье с ничего, вдруг стать королём или президентом. Очень много чего должно сложиться в его судьбе. Особенно это касается тех исторических личностей, которые мечом прорубали себе путь на вершину власти. Сколько превратностей судьбы им пришлось избежать и скольких врагов и конкурентов уничтожить. Несть числа. И это смог сделать один человек? Кто в это поверит. Лично я после того, как познакомился с Илониономом и получил новое тело, в это никогда не поверю. Властителя человеческих судеб, как марионетку ведут по жизни, указывая что и как ему делать. Раньше такие биороботы-правители жили столетия, сейчас намного меньше. Жизнь ускорилась, да и конкурентов появилось превеликое множество и каждый кукловод имеет желание править самостоятельно или управлять своим ставленником. Это ещё одна из причин частого возникновения военных конфликтов.
В своей жажде власти и непомерного обогащения они могут доиграться до атомной войны, тем более, что такие преценденты уже на Земле были. На месте пустыни Сахары некогда было процветающее государство: кто-то, что-то там не поделил с соседями - несколько ударов оружием массового уничтожения и страна превратилась в пустыню. Остались так же следы от ядерного бомбометания в Индии, и в Америке.
Так что превращать некогда цветущие города в пустыню для инопланетных кукловодов не в новинку...как и начинать развитие человеческой цивилизации с ноля. Чего не сделаешь в борьбе со Вселенской скукой и жаждой обогащения. Главное, чтобы люди не задавали лишних вопросов и не лезли самостоятельно в политику. А для этого их надо держать необразованными, пьяными и голодными. Алкоголь - это вообще уникальный инструмент руководства массами. Пьяные люди не задают лишних вопросов: пьют и молча работают. А если надо сделать в какой-нибудь стране революцию, достаточно в той стране ввести сухой закон и страна, благосостояние которой было основано на пьяном бюджете в одночастье рухнет, погребя под своими руинами все моральные и материальные ценности. И тогда можно будет грабить и уничтожать всё в стране безнаказано.
Но это скучно. Гораздо веселее для кукловодов поставить у власти свою марионетку, а лучше несколько её двойников, и на протяжении нескольких десятилетий грабить страну. И когда уже всё будет украдено, развязать войну с соседней нищей страной. Двойная польза - и внимание своего ограбленного народа будет отвлечено от внутренних проблем, и те материальные ценности, которые правители соседней страны украли у своего народа, можно будет присвоить себе. Всё просто - грабь награбленное. Закон социальной справедливости. Ничего в принципе нового.

Рабов в рай не пускают

Даник — Tue, 13 Sep 2022 03:54:33 GMT

РАБОВ В РАЙ НЕ ПУСКАЮТ

Часть 1

Вместо предисловия

Российская Федерация начала полномасштабную войну против моей страны Украины и вместо запланированых трёх дней, которые ей были нужны для победы уже больше ста дней, отправляя 200й груз, топчется на одном месте. И в отместку за сопротивление мой родной город, в котором я родился и прожил большую часть своей жизни, осадили и штурмуют потомки советского народа победителя, того самого народа который, по словам их обнулённого президента, в одиночку победил во время второй мировой войны, коричневую чуму фашизма.

Потомкам промыли мозги российские пропагандисты и те поверили в то, что в Украине живут укрофашисты-нацисты и бандеровцы, люди которые «предав» подвиг своих отцов и дедов, живя в независимом государстве, не рвутся назад в Советский Союз, который, якобы, пытается восстановить Путин со своими олигархами, а идут своей дорогой, в Европейский Союз. Искренне поверили или не искренне, но пошли наёмниками и контрактниками, воевать в Украину — за деньги, заводы, фабрики, вилы и яхты своих российских олигархов. Сейчас, по их понятиям, это и есть та Родина, которую нужно защищать в Украине, убивая, грабя и насилуя мирных украинцев. Как написал мой бывший сослуживец:"...нам не нужна территория Украины с населением!" Вот они её и зачищают от украинцев и русских проживающих в Украине. Тот кто верит, что его пришли защищать - тот либо идио, либо непроходимо глуп. Оккупантам нужна только украинская земля и всё то, что на ней построили украинцы.

Сирена продолжает выть и я писатель-миротворец, художник-баталист, инвалид СА, русский человек, потомок старинного дворянского рода Дурново, преодолевая тошноту и периодически накатывающиеся волны страха (не боится бомбёжек только идиот) уже не пытаюсь анализировать создавшуюся ситуацию, в которой два славянских народа, схлестнувшись в братоубийственной войне, убивают друг друга, а просто пишу свои статьи для истории.

О мире и взаимопонимании я писал последние девять лет, призывая людей одуматься и сесть за стол переговоров. Меня не услышали. Теперь в воздухе висит густой дым и вой сирен воздушной тревоги - на улицах Киева, столицы Украины, горят и рушатся дома, а в горящих танках и бэтээрах гибнут молодые российские солдаты которых, выжившие из ума и обезумевшие от страха кремлёвские старцы, во имя каких-то своих шкурных интересов — погнали пушечным мясом в Украину — убивать ни в чем неповинных украинцев, среди которых у них имелись когда-то родственники и друзья. Теперь почти все украинцы люто ненавидят россиян, поддерживающих войну в Украине. Для нас все россияне стали врагами, такими же как те убийцы и насильники, военные преступники, рашисты, которые бомбят наши мирные украинские города и убивают украинцев.

Но постепенно правда побеждает и некоторые российские солдаты, видя что кроме перспективы сгореть заживо в танке, им ничего в Украине не светит, бросают свою военную технику и сдаются в плен. Таких немного, другие, которых большинство, обстреливая из Градов, пушек и Ураганов дома мирных жителей, больницы и детские дома, пытаються посеять панику среди мирных жителей Украины. И это им хорошо удаётся. Если мирным людям на голову падают бомбы и ракеты, то невозможно сидя в подвале или метро оставаться спокойным и уравновешенным.

Многие женщины с детьми срываются со своих насиженных мест и проклиная оккупантов выезжают за границу.

Большинство украинские мужчины возвращаются с европейских заработков и идут воевать в тероборону, помогая закалённым в боях воинам ЗСУ уничтожать влезшего в нашу страну агрессора. Многие артисты и музыканты сменили на время своё творческое амплуа и взяв в руки оружие воюют с оккупантами, другие волонтёрят и помогают ЗСУ материально.

Моя семья выехала в Европу и будет там помогать нашей армии, а я остался в Украине- волонтёрю и в свободное время описываю всё то, что здесь происходит. Это не просто трагедия - это геноцид украинского народа.

Сегодня весенним утром, когда природа оживает после долгой зимы, над моим домом пролетело на гиперзвуковой скорости две крылатые ракеты, выпущенные из фашистско-рашистских вертолётов или самолетов. Кто там их разберёт из чего их запускают «освободители», я не особо силён в авиации. Вообще-то в этот день, по нашему мирному городу было выпущено четыре крылатые ракеты, но две из них нашим зенитчикам из ПВО удалось сбить, а две снаряженные кассетными бомбами, которые запрещены к применению во всем мире, упали в жилом квартале. Дома мирных жителей и школа вспыхнули, как копны с пересохшим сеном. Жители и дети живыми горящими факелами выпрыгивали из окон. Кого-то удалось потушить и спасти, другие сгорели заживо.

Жалко их, но... жестокие и суровые будни войны — кто-то погибает, а кто-то удачно приземлившись и сытно поужинав, нарисовав на фюзеляже несколько звёздочек, подаёт рапорт вышестоящему командованию о том, что бомбардировка города прошла удачно и ждёт свою заслуженную награду за свой ратный «подвиг».

Но не в этот раз. Удачной посадки не случилось. Зенитчики ПВО сбили в тот день один беспилотник, три вертолёта и один самолёт. Если бы они их не сбили, то жертв и разрушений было бы гораздо больше.

Лётчики выпрыгнули с парашютами в надежды спасти свои жизни... убийцы мирных людей рашисты, тоже, как и все нормальные люди, хотят жить и у них наверное, есть дети, которым они дарят подарки, а на ночь читают сказки. Почему-то убийцы все сентиментальны — любят своих детей и животных.

Но спастись им не удалось, случилась накладка, нашла коса на камень, те люди которые должны были встречать их, как освободителей цветами, а девушки с криком:" Я хочу иметь от тебя ребёнка" с раздвинутыми ногами, падать перед ними на землю, этого не сделали — они забили их камнями насмерть.

Когда кто-то сеет с неба смерть — благодарности ему не стоит ждать, как и милосердия. Око за око...

Никто больше телешоу с лётчиками не снимает, никому уже не интересны их лживые раскаяния и басни о том, что они не знали, что бомбят мирные города. Пилоты прекрасно знают в чьем небе они летают и чьи города они бомбят. Так же как хорошо знают об этом и солдаты, которые в плену, наматывая сопли на кулак, рассказывают заученную легенду о том, что их обманули, сказав, что они едут на учения, а их батальон заблудился и они случайно попали на территорию чужой страны и пользуясь случаем — грабили, убивали и насиловали. Случайно получилось — не устояли перед соблазном. Они больше не будут. Надо понять, простить и отпустить их к своим к мамам, которые волнуются за своих сыновей и которые не знают и не понимают, чем занимаются их сыновья в чужой стране. Знают, только их жены, которые разрешаюи своим мужьям насиловать украинок и грабить их дома.

Имея в руках автомат и власть над мирными жителями — тяжело устоять перед соблазном кого-то ограбить и изнасиловать. Соблазн велик. Надо смотреть правде в глаза — на войне убивают и грабят и с той, и с другой стороны. Власть, безнаказанность и вседозволенность развращают, превращают солдат в извергов и садистов. Всё зависит от командиров — сумеют они вовремя остановить своих подчиненных или сами примут участие в убийствах и грабежах. Как это было в украинских городах Буче, Ирпене, Мариуполе, где рашистские фашисты пытали и убили тысячи ни в чем неповинных людей...

Многим командирам в гражданскую и вторую мировую войны удавалось пресечь мародёрство на корню. Даже в самостийных отрядах батьки Махно, после того, как он в Екатеринославле расстрелял несколько мародёров, грабежи и убийства мирных жителей прекратились. Но это встречается довольно редко, в современной российской армии — никогда. Армия насильников, убийц и мародеров, без совести и воинской чести, которая обречена на поражение.

Это надо понимать — в Украине идёт война на уничтожение или мы украинцы и европейцы свернём шею рашистской гадине как, в своё время, наши отцы и деды свернули шею фашизму или рашистские оккупанты уничтожат нас и разграбя наши дома, заберут нашу землю со всем имуществом. Поэтому нам надо биться до конца и сдаваться в плен не имеет никакого смысла. Поражение — это рабство и смерть.
Горе побежденным.

ЧАСТЬ 1

Ночь. Киев. Воет, выматывая нервы, сирены воздушной тревоги оповещая об очередном воздушном налёте. Где-то неподалёку слышится стрельба и гремят взрывы. Если закрыть глаза, то создаётся илюзия, что я переместился во времени и опять нахожусь в 70х годах прошлого века на боевой службе в Сирии. Но только в этот раз меня на моей украинской земле, бомбят не израильские Фантомы, а российские самолёты, пилоты которых прилетели к нам денационализировать и демилитаризировать мифических нацистов...

Меня долго выкапывали из-под руин рухнувшего дома. Вернее будет сказать — сколько времени разбирали завал я точно не знал, потому как был в бессознательном состоянии. Пришел я в себя, только тогда, когда услышал стук отбойных молотков и чьи-то глухие голоса.

Говорили на незнакомом мне языке, который был чем-то похож на немецкий, который я учил в школе. Учил, учил, но так и не осилил, за что и был благополучно не аттестованным выпущен во взрослую жизнь. Но это не помешало мне поступить в Московский заочный университет искусств и получить диплом учителя рисования.

Диплом я получил, но учителем так и не стал, погиб во мне педагог Макаренко в погоне за наживой...засосала торговля. Я последовал совету одного ловкого и пронырливого неплохо устроившегося в жизни человека, который сказал возмущенным маленькой зарплатой педагогам: «Если вас не устраивает ваша маленькая зарплата — идите в торговлю. Хорошего вам настроения». Последовал и не пожалел. И деньги появились, и настроение сразу улучшилось, что позволило мне завести семью и купить машину. Квартира у меня уже была, мне её как инвалиду армии выделило государство.

Но в торговле мне не пригодился диплом, как и немецкий язык — я ездил за товаром в Турцию и Эмираты, а слова на американских банкнотах были написаны на английском языке, который имел в тех странах хождение, и которые легко можно прочесть без переводчика.

А вот теперь он бы мне и пригодился, потому кроме, как нихт шисен и хенде хох, я ничего припомнить не мог. Обрушившаяся плита перекрытия, каким-то чудом не раздавила меня, но места под ней было так мало, что я не мог особо и шевелиться. Хорошо, что сквозь щели проникал густой пропитанный гарью воздух и можно было кое-как дышать. В голову начали лезть предательские мысли.

«Если меня откопают рашисты пойду служить к ним в полицию», — поклялся мысленно я себе и повернув голову к пролому, начал выкрикивать, в безжизненную пустоту заваленного подвала, известные мне немецкие и английские слова, сдабривая их крутым русским матом.

Выкрикивать слова еле шевеля сухими потресканными губами — это громко сказано, но меня все жё услышали и через какое-то время посыпался щебень с песком и тонкий луч фонарика проник в подвал. «Хэлп ми!!», — крикнул я и опять потерял сознание.

Очнулся я от ночного холода, который проникал сквозь рваную одежду. Приподняв голову я осмотрелся. Лежал я в стороне от костра, возле которого сидело несколько человек. Они курили и о чём-то тихо между собой переговаривались. Возле меня лежала пластиковая бутылка с водой и кусок хлеба. Я жадно съел хлеб и запив свой скромный ужин водой, забылся в полудрёме.

Человеческое сознание вещь хрупкая, но видимо оно связано с душой и если душа крепко держится за тело, то человека не так просто надолго лишить сознания, а убить ещё сложнее. Но, это — если душа не хочет покидать своё временное жилище — человеческое тело. Она и заставляет человека жить несмотря ни на что.

Посмотришь на иного человека — обмылок, обмылком, мелкая вошка — соплёй перешибить можно, а он прицепившись к лидеру, долгое время таскается за ним повсюду ожидая своего часа, и уж если ему удастся создав интригу захватить власть, он столько народу угробит, что невольно возникнет мысль: «А человек ли он?» Вряд ли, скорее всего — нелюдь. Так нормальные люди не живут.

Но вот что интересно его окружение - это вполне устраивает, они сами перенимают его привычки и копируют поведение узурпатора, самипревращаются в его копию. И чем быстрее тот обмылок превращается в тирана, и чем больше он губит людей, тем преданее они ему служат. Какое-то повальное сумасшедшее, которое со временем и их самих приведёт на эшафот. Это если кто-то из его окружения не окажется ловчее и не укоротит диктатору века.

Так размышляя о бренности человеческого бытия я незаметно для себя уснул. Спал я беспокойно — всё мне снился кошмарный сон, что меня забыли в подводной лодке и заварили двери и я потный от ужаса, мечусь по ней в поисках выхода, а воздуха всё меньше и меньше...

Очнулся я от грубых толчков. Я открыл глаза и, в утреннем, призрачном свете, увидел стоящего возле меня испитого мужичонку в грязной форме. Он нервно курил и тряс меня за плечо.

— Ты чего орешь, бродяга, — увидев, что я проснулся спросил он. — Кошмары мучают или кровавые мальчикти спать не дают?

— Кошмары, никак не выберусь на свет божий.

— Бывает. Ты считай вчера второй раз родился. Повезло тебе, что мы искали в подвале банковское хранилище.

— Да повезло, — согласился я с ним, благодаря в душе того банкира, который сделал на первом этаже нашего дома филиал своего банка. — Если не секрет, вы кто?

— Да какой там секрет, мы партизанский отряд имени Сидора Ковпака, а я комиссар Ильин. Слышал о Ковпаке?

— Слышал. Был такой советский партизан воевал с фашистами. А вы с кем воюете? — не удержался я от вопроса.

— Со всеми...и мародёрим понемногу, сори — трофеи собираем, потому как на войне — это святое. Повезло тебе, парень, дважды. Мы и банковское хранилище нашли, и кладовку со жратвой, и тебя отрыли. Так что не сожрём мы тебя, голубок, будешь в нашем отряде канать за шестёрку и отзываться на Сявку. Усёк?

— Усёк, — думая о том, как бы побыстрее улизнуть из этого мутного партизанского отряда, обреченно кивнул я головой.

— Бежать не советую, потому как некуда, — как будто прочитав мои мысли, сказал незнакомец. — Ты вот о чём лучше подумай, парень: Сколько понадобиться времени украинцу, чтобы гармонично и полноценно влиться в российское пространство, после оккупации и присоединения Украины к России?

— Работоспособному немного — шея есть, хомут найдётся. Рабочих мест в России хватает, другое дело, что заработки в России далеко не европейские, инфляция галопирует и доллар скачет, как умалишенный. А украинцы уже привыкли к стабильности и к европейским заработкам, как и к своим продуктам высокого качества. Пусть с трудом, но они адаптируются в суровые российские реалии. Проблема в другом, дело в том, что работоспособных украинцев в стране осталось не так уж и много — кто воюет, кто выехал на заработки в Европу, а кто и в Америку.

— Соображаешь и понимаешь, что никто нас с голой дупой в России не ждёт, кстати как и в Европе. Поэтому в это смутное время надо заработать себе на спокойную и мирную старость...скажем где-нибудь в Америке, подальше от этих войн и революций. Усёк?

— Усёк. Вот только не пойму я-то вам зачем? Имеете желание обеспечить мне спокойную старость? Сами-то вы как хдесь оказались?

— Не буду лукавить — не имеем. Кочегар нам нужен в коптильню и мул — таскать продукты и наши вещи. Потери у нас большие личного состава, не хотят терпилы со своим добром добровольно раставаться. Одни стреляют, другие продолжают выезжать — бегут от войны и «русского мира», так что если война продлится ещё месяц, два, то из страны, практически выедет все работоспособное население — останутся калеки, старики-пенсионеры и небольшое количество мамаш с детьми. С кем партизанить, скажи мне на милость? Не с кем. А сам я здесь по призванию. Дед мой был в охране Ленина, бабуля секретаршей в ЦИКе работала, а отец во время втрой мировой войны комиссарил и партвзносы у самого Жукова собирал, тот с ним даже советовался, как лучше Ленинград оборонять... Так что у меня на роду написано воевать, вот только сейчас не с кем.

— С пенсионерами попробйте... — не удержался я от шутки.

— С пенсионерами, — буркнул Ильин, — хороша шутка, вот только и их россияне уничтожают.

— Зачем? — удивился я.

— Как зачем? Представь, что россияне убив всех защитников мужчин украинцев, победят, то что прикажешь им делать с пенсионерами, которых надо лечить кормит и платить пенсии? Это ведь не Крым, в Украине насчитывается не много, не мало — почти 15ь миллионов песионеров, которых надо лечить и кормить. Где взять на это деньги, если своим российским пенсионерам не хватает денег? В России ставится вопрос о том, чтобы вообще, убрать пенсии. Потому как денег нет, от слова — вообще. А после войны и мировых санкций их не прибавится. Скорее наоборот. Грядёт такой продовольственный мировой кризис, что возможно и Россия не устоит...экономика так точно. Не удивительно, что российские военные обстреливают украинские города. Походу, что таким варварским способом они расчищают себе жизненное пространство избавляясь от ненужного баласта. Вспомни Гитлера с его доктриной расширения на восток, а эти расширяются на запад. Россиянам не нужны украинскик пенсионеры, а нужны украинские плодородные чернозёмы и природные богатства.

— Как и вам? — опять не удержался я от вопроса.

— Эт точно. Но мы простые партизаны, мы в отличии от россиян, тем украинцам, которые помнят Советский Союз, ничего не обещаем. Они думают, что к ним в Украину пришли люди, которые обеспечат им на руинах приличное благосостояние, достойную жизнь ), какую им предоставляла советская пенсионная система — они глубоко заблуждаются. Ничего этого не будет. Возможно, что какую-то минимальную социальную пенсию и дадут, тем кто не умрёт за время этой войны и переходного периода, но не факт. Огромных пенсий, которыми когда-то заманили крымчан, уже никто украинцам на оккупированных территориях не даст. Как не дадут хроническим больным — бесплатных лекарств по государственной программе и бесплатного лечения. Как не дадут государственных субсидий на оплату ЖКХ, детских и других пособий. Это надо знать тем украинцам, которые без боя сдали свои города Херсон и Мелитополь . Ни Россия, ни Украина коллаборантов и предателей не будет кормить и выплачивать пенсии. Не стоит питать по этому поводу никаких иллюзий. Выдадут аусвайс российский паспорт, который нигде в мире не котируется и загонят под санкции в серую зону, где не будет европейских законов, а только понятия и право сильного. Где отжимается бизнес и недвижимость, а пенсионеры мрут как мухи. Туда куда приходит «русский мир» — ничего хорошего ждать не приходиться. Приднестровье, Абхазия, Крым, Ордло... кто сказал, что в Украине будет по другому? Буча, Ирпень, Мариуполь... по другому не будет. В Украину с оружием в руках, пришли оккупанты ни чем не отличающиеся от немецко-фашистских захватчиков. Это надо понимать и не питать розовых иллюзий, что с оккупантами о чём-то можно договориться. Не тот случай. Каждый сам за себя в этой пустыне эгоизма именуемой жизнь.

Блеснув эрудицией и знакомством с творчеством Стендаля, политрук Ильин замолчал. Потом достал пачку сигарет и закурив сам, угостил сигаретой и меня. Я почти не курю, но от угощения не отказался — когда куришь не так хочется есть. Съеденный кусочек хлеба нигде не зацепился, а организм требовал своё. Мы курили и молча слушали голодное бурчание моего желудка.

— Хочешь есть? — нарушил молчание политрук.

— Не мешало бы подзаправиться...

— И не мечтай, Сявка, еда один раз в день, утром. Ты свою пайку уже съел. Политучеба закончена, поднимайся, парень, и иди таскать из подвала деньги. Будешь работать честно — получишь свою долю из общака, ну а если что скрысишь, прикончим на месте и пополним тобой свой рацион. Усёк?

— Усёк, — сказал я и побрёл к лазу, который вёл в подвал моего разрушенного дома.

Похоже что обед с ужином отменяется. Если мне не удасться чем нибудь поживиться в холодильниках разбитых квартирах, то не факт, что я смогу долго протянуть. Физическая работа с тяжелыми нагрузками негативно может сказаться на моём подорванном здоровье и я склею ласты, так и не разбогатев в этой банде каннибалов.

То что это никакой не партизанский отряд, а обыкновенная банда мародёров, каннибалов и дезертиров я уже понял. Как понял и то, что из неё надо бежать при первой же возможности. Осмотреться и бежать. Но пока надо работать и искать еду.

ЧАСТЬ 2

Банковское хранилище и его укрепленный сейф, выстояли. Его не разбили ни авиа бомбы, ни ракеты и даже обрушившийся дом не расплющил его. Сделано на совесть — немецкое качество — фирма Золингер: отвечает за свою продукцию.

Хорошо, что замки не пришлось вырезать бензорезом, в банде был свой медвежатник, который, повозившись два часа, их взломал и открыл бронированную дверь сейфа. Золота там не было, но и тех денег, что там лежали, хватило бы на то, чтобы купить небольшой остров и вооружить небольшую армию. И куда ему столько тех денег надо было банкиру? Сейчас лежит приваленный рухнувшими банковскими ячейками и ничего ему уже не надо. Правду говорят, что у гроба карманы отсутствуют, с собой ничего в пекло не унесёшь.

Деньги в сейфе были разных стран — попадались даже китайские юани. Видимо банкир был расчетливым человеком и держал яйца (деньги) в разных корзинах. Не помогло. Капздец пришел откуда он не ждал — от его партнёров по бизнесу, от россиян.

По моему глубочайшему убеждению — все банкиры сволочи и после смерти обязательно попадают в пекло. И хотя они при жизни строят храмы и церкви, путь им в рай заказан. Максимум — чистилище, а на Земле реинкарнация в шкуре свиньи.

По другому и быть не должно. И это справедливо. Не зря этих лихварей Христос выгнал с храма — дома отца своего. Нечего тем шкуродёрам там делать. Те кто в банке сдирает три шкуры с людей, доложен на себе сам прочувствовать как это, когда с тебя по живому сдирают шкуру. И если кто-то думает, что если он обставился сейфами и охраной, то может делать всё что ему вздумается, он глубоко ошибается: с утра ещё разрабатывал схемы и строил плану по личному обогащению, а уже к вечеру лежит придавленный в собственном хранилище, собственными деньгами и никто из личной охраны не спешит ему на помощь.

Мы выкинули труп банкира на улицу и принялись таскать обгоревшие и залитые водой мешки с деньгами в стоящий возле дома броневик Тигр. Таскали мы их с небольшими перерывами целый день. Дали сигарет, но никто не кормил и только поздно вечером нам дали по банке тушенки.

Спали мы в квартирах неразрушенного соседнего дома, благо там сохранились кровати и диваны. Перед тем как лечь спать я обошел все квартиры, но ничего ценного не нашел — мрак и запустения. Следы мародёров, которые вытащили всё ценное. Вырвали даже унитазы. Не знаю почему, но российские мародеры почему-то обожают унитазы, хотя пользоваться ими не умеют...поклоняются они им что ли? А может едят с них?

От российских дикарей, которые никогда в своей жизни не видели унитаза, а гадили в дырку или на лопату, чего угодно можно ожидать. Секта поклонников унитазов, во главе с недоимператором Путиным, который полез в Украину для того, чтобы защитить русских, а вместо этого уничтожил десятки тысяч русскоязычных украинцев. Он хотел демилитаризировать Украину — в итоге украинская армия стала самой сильной в Европе. Хотел денацифицировать Украину, а в итоге его недоимперия, стала самой нацистской и фашистской страной в мире — токсичный колосс на глиняных ногах, сборище убийц и мародёров без чести и совести. Путин хотел сделать свою недоимперию страной с процветающей экономикой, а сделал из неё мировую бензоколонку, которую ненавидит и презирает весь цивилизованный мир.

После веденых санкций недоимперия стремительно рушится и только вопрос времени, когда она окончательно рухнет. В это время от неё надо быть подальше, чтобы не завалило обломками. Лучше в Америке или в Европе...но там без денег делать нечего. Неудивительно, что Ильин со своей гоп компанией грабит людей и банки, пытаясь обеспечить себе будущее. Я знал некоторых комбатов и атаманов которые в начале свято верили в народные республики и пытались создать видимость государственности, но потом банально скатились в грабежи мародёрство. Когда на земле валяются ценности или в машине семья местного олигарха вывозит свои «честно» заработанные ценности, то устоять, чтобы их не взять, может только святой. Но где вы видели святого с автоматом? Автомат уже даёт право на беззаконие, а все остальное: закон, республики, равенство и братство — это камуфляж, дымовая завеса в тени которой и делаются корыстные дела.

Диван я себе нашел. Был он грязный с продавленными пружинами, но мне до этого было мало дела. Я уснул, как только моя голова коснулась грязной подушки. Спал я крепко и без кошмарных сновидений, видимо сказалась дневная усталость и перенесенный стресс. Не каждую ночь, тебе на голову сбрасывают бомбы с ракетами. Это надо же вложить такой потенциал, создать ракету, только лишь для того, чтобы убить никчемного человечка, который и так обречен на смерть. Ну, не безумие ли это?

Но выспаться мне не дали. Проснулся я от выстрелов и криков. Спал я одетый и обутый потому вскочить с дивана и выбежать на улицу, где уже строился наш отряд, не составило мне особо большого труда. На войне все нормальные человеческие правила и законы не действуют, на ней выживает более ловкий, смышлёный и сильный. А спать одетым и обутым это и есть одна из уловок помогающая выжить. Люди в панике выбегают под обстрелом на улицу, в чем мать родила. А бегать голым под пулями и осколками — это самоубийство.

Вражеский снайпер ради хохмы может не сразу выстрелить в голову, а для начала отстрелить яйца и только потом уже выстрелить в голову. Садистов на войне всегда хватало и хватает. Особенно таким черным юмором славятся снайперши, которые своим кровавым ремеслом зарабатывают деньги. Подстрелит таким образом человека и ждёт когда к нему на помощь сбегутся люди и потом убивает всех подряд. Но и с ними не церемонятся — в плен не берут или кончают сразу на месте или позабавившись, сбрасывают с крыши. На войне, как на войне. Кровавые деньги никому даром не даются.

Как я не спешил, я все же опоздал. Весь отряд уже построился и комиссар Ильин с командиром отряда неторопливо прогуливались перед строем, что-то обсуждая между собой. Я встал в последнюю шеренгу и осмотрелся. Ранее утро. Серело. Утренняя прохлада, проникая сквозь дыры в одежде, вытягивала из тела последнее тепло. Поплотнее закутавшись в рванный свитер, я прикрыл глаза и стал дремать.

— Внимание, товарищи партизаны, — прогоняя мою дрёму раздался пропитой голос командира отряда бывшего советского офицера Макарова, — слушать всем меня внимательно. Сейчас мы выдвигаемся к реке Изи, там за мостом в лесополосе мы подождём колонну с эвакуированными, которая пройдет по зеленному коридору. Они не заплатили нам за прохождение по нашей территории, видимо решили, что мы шутим. Поэтому — всё что они везут — это наша законная добыча. Прошу, товарищи партизаны, обращать особое внимание на лиц еврейской и восточной национальности, на детские игрушки и провизию. Некоторые женщины имеют нахальство прятать бриллианты во влагалище, не стесняйтесь осматривать и те места, но без фанатизма. Никакого изнасилования. Все машины и упитанных людей — женщин и детей заберём с собой в лагерь. Мужчин в расход. Их место на войне. Нечего тем трусам отсиживаться за бабьими юбками. Всем всё понятно? Тогда по машинам. Вольно. Разойдись.

Строй рассыпался и все побежали к стоящим невдалеке военным грузовикам, на которых было написано «ДЕТИ». Я влез в кузов. Оружия мне не дали. Значит придётся самому добывать автомат в бою. Лучше пистолет, он не так заметен. Вот только кто же мне его добровольно отдаст? Машина рванула с места и я всю дорогу, подпрыгивая на ухабах, размышлял над тем, где и как разжиться оружием.

Машина остановилась и я, так ничего и не придумав, выпрыгнул из кузова на землю. Мы были в негустой лесопасадке, которые обычно растут по краям полей. Невдалеке проходила дорога, была видна и река с мостом. Колонны пока видно не было. Машины уехали, а мы рассредоточились по посадке.

Закурив я задумался. Говорят, что нет ничего хуже чем ждать и догонять. Категорически с этим не согласен, я сейчас готов был всю войну здесь прождать. Тихо, даже не слышно птиц, то ли они все улетели, то ли их всех перебили. Смутные времена — на оккупированных территориях едят всё подряд и, как я понял со слов политрука Ильина, даже человечину. Как в старые, «добрые» советские времена, когда во время голодомора ели людей. Мясом в открытую, конечное дело не торговали, а вот пирожки с мясом продавали.

Особенно это коснулось блокадного Ленинграда, зашли в квартиру — вещички на толкучку, а полумёртвых хозяевов на фарш. Там после войны без суда и следствия втихую расстреляли несколько сот сошедших с ума от голода каннибалов. Хотя были на оккупированной территории и партизанские отряды не брезговавшие есть человечинку. Вышел к ним окруженец — в котёл его. Кто там его сиромаху искать будет. Кому война, а кому мать родна. Война всё списывает.

Вдалеке послышался шум моторов, приближалась колонна, которую мы ждали. Первой в голове колонны ехала пожарная машина.
— Огонь, — громко скомандовал партизанский командир Макаров и прицелившись выстрелил из гранатомёта.
Пожарная машина получив в бок заряд, тут же вспыхнула и задымила чёрным дымом. А перед едущим за ней автобусом взорвали заранее установленную на дороге мину. По инерции, теряя колёса, автобус скатился в кювет и перевернувшись загорелся. Из разбитых окон начали вылезать окровавленные люди, молящие о помощи и пощаде. Едущие сзади некоторые легковые машины попытались по обочине объехать затор и вырваться из засады, но наши пулемётчики расстреляли их в упор. Кто-то в колонне стал стрелять, но за пять минут робкое сопротивление было подавлено.

— Всем внимание! — поднеся мегафон ко рту крикнул Макаров. — Слушать всем меня внимательно. Меня зовут Макаров, я командир партизанского отряда. Сопротивление бесполезно. Всем выйти из машин, построиться на обочине и сдать все свои деньги и ценные вещи на нужды восставшего пролетариата. В случае неповиновения — расстрел на месте. В случае, если кто-то вздумает что-то утаить — расстрел на месте. Вопросы есть? Вопросов нет. Выполнять. Время пошло.
— Товарищи партизаны, — обратился он к нам, — за дело. У нас мало времени.

Партизанам не надо было дважды повторять. Видимо для них — расстреливать и грабить колонны было привычным делом. Они начали быстро собирать вещи. Мне попалась на глаза группа перепуганных подростков в которой, аппетитными, вполне сформировавшимися женскими формами, выделялась одна вульгарно размалеванная девица. Не долго думая я схватил её за волосы и потащил в сторону.
— Пустите, меня, дядечка, мне больно, — начала она проситься.
— Ты кто такая? — поинтересовался я.
— Меня зовут Вика, я студентка педучилища. Отпустите меня, а я за это вам покажу парня, сына главы городской администрации, за которого вы можете получить солидный выкуп...
— Показывай, тварь, и не вздумай юлить.
— А вы меня, дядечка, тогда отпустите?
— Если кажешь правду, Вика, отпущу, но потом, после получения выкупа. Зачем ему знать кто его сдал. Усекла?
— Усекла. Договорились, — обрадовалась она. — Смотрите, дядечка, во-о-о-он тот ботан в очках и грязных джинсах и есть сынок мэра, — показывая пальцем на худощавого паренька лет пятнадцати, сказала она.
— Окей, Вика. Сиди здесь под кустом и никуда не уходи. Если кто будет спрашивать ты Сявкин трофей. Хотя, если хочешь, чтобы тебя пустили на хоровод, а потом в жопу вставили гранату, можешь попробовать сбежать.
— Я вас, Сявка, здесь буду ждать...- как мне показалась искренне пообещала она.
Паренька я вывел из толпы и отведя к Макарову объяснил кто он и что за него можно получить. Тот довольно хмыкнув, приказал своим ординарцам-телохранителям связать пленника и отвезти в машину, за это он мне разрешил оставить у себя мою пленницу.

После этого я вернулся к партизанам. Они разделив толпу отвели в сторону леса немногих мужчин — и там их всех расстреляли. Потом собрав ценности и погрузив людей и труппы в машины, партизанский отряд тронулся в путь. На дороге остались только горевшие пожарная машина и автобус. Все остальные машины мы забрали с собой. Мне достался старенький Форд с чьими-то пожитками, и студенточка Вика — всё это по праву я уже считал своими трофеями, честно добытыми в бою.

О судьбе их хозяев я старался не думать. В новой, современной истории, которая сейчас пишется кровью — нет места для жалости и сантиментов. И законы старые здесь уже не работают. Только понятия и право сильного. Это если хочешь выжить, а не уподобившись Дон Кихоту, пропасть не за понюх табака. Не приведи Господь вам жить во времена перемен, так кажется говорили восточные мудрецы. Не мы выбираем страну и время, а они выбирают нас. Вот и приходиться, сцепив зубы и пачкая руки кровью, жить по чужим неписанным правилам и понятиям.

Приехали мы не туда от куда выехали утром, а совсем в другое место. Это было пятиэтажное здание какого-то завода окруженное высоким забором, с колючей проволокой. Стояло оно в лесу на берегу какой-то небольшой речки. На крыше виднелись зенитные пулемёты. Серьёзная охрана. Интересно что можно было так охранять в лесу?

Открылись высокие ворота и наша колонна въехала в средину этого странного места. Мы проехали большой двор и въехали в подземный гараж. Кроме нескольких машин там стоял ещё танк и бронетранспортёр. Людей выгрузили с машин и отправили куда-то вглубь подземелья. Трупы же мы перегрузили на вагонетки и отвезли на первый этаж, где находился разделочный цех и коптильня.

Неразговорчивый мужик в грязном, заляпанном кровавыми пятнами халатами, видимо мясник, тут же принялся за дело. Трупы мы быстро раздевали, а он вспарывая животы быстро потрошил их и подвешивал на крюки, давая стечь крови. Закончив потрошить трупы, он перекурил и принялся их разделывать, как баранов. Жуткое зрелище к которому видимо здесь все привыкли, потому что некоторые партизаны даже с удовольствием пили сырую кровь.

Развесив разделанные трупы в коптилке я отправился опять в подвал, где находилась кочегарка в которую я должен был подбрасывать дрова. Нарубив мелкой щепы я развёл огонь, подбросив крупных сучьев, я дал им как следует разгореться и засыпав всё это опилками — закрыл поддувало. В коптилке огонь не нужен, только дым. Дело мне было знакомо, потому как до войны я ни один год вместе с тестем коптил свининные окорока. Длинная история, это копчение, но зато вкуснотища непередаваемая. Мням, мням...вкуснятинка.

Наладив процесс копчения, я спустился в гараж. Моя пленница сидела в машине и тихо плакала. В другое мирное время я бы её пожалел и возможно, что даже бы утешил, но не сейчас. Если я её отпущу, то её по любому сначалс изнасилуют, а потом убьют и сожрут. Так что пусть она лучше пока побудет со мной в роли прачки, куховарки и давалки. Тем более что у меня с ней был уговор. Оставив ей еды и воды, я опять ушел в свою кочегарку. Расслабляться нельзя ни в коем случае — самого сожрут.

Надо было узнать куда Макаров с Ильиным хранят партизанскую кассу и подобрав удобный момент выкрав часть денег, дезертировать из этого мутного отряда. Не верил я здесь никому. Грабители, бандиты и канибаллы, с таким букетом преступлений на снисхождение ни от украинского, ни от российского правосудия, ждать не приходится. Если и не расстреляют сразу, то посадят надолго. А зачем мне надо такое счастье? Нет, оно мне не надо. Жизнь даётся один раз и прожить её надо в Европе.

Вопрос: За что меня хотят убить орлы ?

Даник — Tue, 09 Aug 2022 17:39:01 GMT

Предисловие:

Привет российские орлы!
Вас нет сильней на всей планете!
Врагам несете вы "дары",
И мочите их в туалете.

автор Светлана Самарина

Меня потомка старинного дворянского княжеского рода Дурново, графа Данилова, инвалида СА, бывшего члена СПР, ежедневно хотят своими ракетами и бомбами убить российские орлы. У меня вопрос, за что? За то, что я живу в Украине или может кто-то боится, что я как дальний потомок Рюриковичей, могу претендовать на российский престол?

Не слишком ли это дорогое удовольствие так тратиться на меня?

КНИГА КАРТИН ЧАСТЬ 4

Даник — Wed, 05 Jan 2022 06:04:20 GMT

КАРТИНЫ УКРАИНСКИЙ ЦИКЛ

В музейно-историческом комплексе «Шампань» с директором О. Бойко

"Рабов в рай не пускают" флаг музейно-историческом комплексе «Шампань»

На картинах украинского цикла представлены портреты людей и исторические события, происходившие в прошлом и происходящие сейчас в Украине. Непредвзятый взгляд художника-очевидца. Военное творчество.

"Боритесь и поборите" картина хранится в Запорожском художественном музее.

«Так начиналась гибридная война» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Услышал каждого» картина хранится в музее "Мужественные люди".

«Сирко с потомками» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Символ непокоренной Украины» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«За Сич» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Кошевой атаман Сирко» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Казак Мамай» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Казак Мамай на Сичи» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Молитва о Украине» картина хранится в музейно-историческом комплексе «Шампань»

«На месте строянки атамана Сирко на Хортице». Картина хранится в музее «Мужественные люди»

«Русский мир в Украине» картина хранится в Запорожском художественном музее «Мужественные люди»

«Памяти жерта аваиакастрофы МН-17» картина хранится в историческом комплексе на острове Хортица.